AdMe
НовоеПопулярное
Творчество
Свобода
Жизнь

«Пластиковый тупик». Текст о том, как обилие игрушек губит детский мозг

Наверняка вы неоднократно стояли в детской комнате или проходили между полками в «Детском мире», рассуждая о том, что в вашем детстве такого изобилия игрушек не было. Далее вы, вероятно, добавляли, что в свое время играли только с палками или сами вырезали игрушки из бумаги. Но вы когда-нибудь задумывались о том, насколько этот фактор — переизбытка или недостатка игрушек — сказывается на развитии ребенка?

Ответ на этот вопрос AdMe.ru решил отыскать в рассуждениях журналиста и сценариста Алексея Белякова.

Зашли как-то с младшей дочкой в магазин игрушек. Надо было выбрать подарок, собирались в гости. Купили. Дочка спрашивает: «А мне купим что-нибудь?» Конечно, я не мог отказать: любящий отец, все дела. «Давай, — говорю. — Что ты хочешь?»

И дочка начала ходить вдоль стеллажей. Пышные Барби, заводные щенки, нарядные принцессы, пестрые куклы LOL, зайчики с набором одежды и мебели — чего только нет. Все есть. Дочка ходила 40 минут, страдала: она не могла выбрать. Потому что игрушек у нее завались, любых, девать некуда. Все дарят.

Я безропотно шел за ней и, конечно же, вспоминал свое детство. У меня было очень мало игрушек. Но главное, у меня были солдатики. Да, оловянные солдатики, в наборе 10 штук. В советской оловянной форме. Нет, я почти не играл с ними в войну, я играл во французскую придворную жизнь. Как мальчика, меня интересовала политическая сторона дела. Интриги, заговоры, объявление войн, заключение нужных союзов. Как я превращал солдатиков в придворных? Очень просто. Я сам их наряжал. У меня же была фольга от конфет! Которую я бережно собирал. Если мы с мамой были в гостях и там ставили коробку с хорошими конфетами, я просил не выбрасывать фольгу, а отдавать мне.

Работа была кропотливой, очень тонкой. Из фольги я делал камзолы, жабо, ленты-перевязи, шляпы, платья. Конечно же, у меня были придворные дамы, куда без них? Так солдатик в каске превращался во фрейлину в высоком парике. Условную мадам Помпадур. Парик делался из пластилина. Ах да, у мужчин были шпаги — булавки, к которым я приделывал эфесы.

Вся дворцовая жизнь протекала на широком мраморном подоконнике. Я возводил декорации из плотной бумаги, рисовал на стенах лепнину, виньетки, огромные портреты, расписывал ажурные двери — короче, натуральный Версаль.

Если честно, не помню, что творилось в моем Версале, какие интриги плелись. Но помню до мелочей, как из фольги «Красного Октября» создавал «короля-солнце».

А теперь главное. Идея моя спорна, но думаю об этом часто. Наше скудное, наше бедное детство вынуждало нас очень много изобретать и выдумывать. Выстраивать миры из чепухи, из грязного пластилина, из мятой фольги. У нас не было ни черта, не было выбора, мы становились творцами поневоле. И это было хорошо, как ни крути. Мы развивались. Голова работала. Может, потому мы потом стали отличными дизайнерами и айтишниками, хотя в Советском Союзе не было такого образования. Мы всё сами. С детства. Каждый был хоть немножко, но гений.

Да, я всей душой за рынок, изобилие, выбор. Но фиг знает, нужно ли это так нашим детям, их рукам и мозгу. Вот красотка-принцесса, а вот ее прекрасные наряды, любые. Все готово, все включено. Даже не пытайся, девочка, за тебя все придумали взрослые дяди. Сиди, наряжай, радуйся. И ты, мальчик, бери машинку, батарейки уже вставлены, ни о чем, мальчик, не думай. Только жми кнопочки, мальчик.

Какой-то пластиковый тупик. Смогут ли наши дети что-то изобрести потом сами? Спроектировать огромное здание? Открыть формулы лекарств от смертельных болезней? Не уверен.

...А с дочкой мы так ничего не купили из игрушек. Она действительно не понимала, что хочет. Все уже есть. Зато купили пластилин. И дочка вместе со мной слепила 5 милых собачек и мисочки с кормом. У нее очень ловкие руки. Теперь собачки стоят у дочки на подоконнике.

Нам всем надо срочно выходить из пластикового тупика.

А какие игрушки были в вашем детстве?