AdMe
AdMe

Как на самом деле выглядели 10 женщин, которыми восхищались великие художники

«Офелия» Джона Милле, «Портрет Эмилии Флёге» Густава Климта, «Портрет Доры Маар» Пабло Пикассо — мы видели эти картины десятки раз. А ведь все это не выдумка художников: на полотнах изображены реальные женщины, когда-то вдохновившие творцов на шедевр.

Нас в AdMe.ru одолело любопытство, и мы решили узнать, как же на самом деле выглядели женщины с известных картин, и заодно выяснить, как сложились их судьбы. А из бонуса к статье вы узнаете, кто мог быть нарисован на картине-загадке Ивана Крамского «Неизвестная».

Элизабет Сиддал — «Офелия», муза Джона Эверетта Милле

Юная Элизабет работала модисткой в шляпном магазине и не подозревала, что будет вдохновлять целую группу художников — прерафаэлитов. Считается, что ее «открыл» Уолтер Хоуэлл Деверелл — он первым предложил ей позировать для своей картины. Благодаря Уолтеру девушка познакомилась и с его товарищами по кисти. Бледная и рыжеволосая, она стала для них музой, а за Данте Габриэла Россетти еще и вышла замуж.

Элизабет Сиддал была изображена практически на всех ранних работах Россетти, позировала Уильяму Холману Ханту и, конечно, Джону Эверетту Милле для его легендарной «Офелии». На этой картине художник хотел запечатлеть образ Офелии из пьесы Уильяма Шекспира «Гамлет», которая поет, плывя по реке. Творец стремился к достоверному изображению всех деталей, и девушка позировала ему в ванной. Дело было зимой, и, хотя лампы подогревали воду, Элизабет все равно замерзла и сильно простудилась. Ее отец потом требовал от Милле денег на лечение дочери.

Как бы там ни было, вскоре и сама Сиддал занялась живописью и литературой — на это ее поощрил муж. И хотя ее стихи не имели особого успеха, как художница она прославилась. Искусствовед Джон Рёскин назначил ей стипендию за рисунки. Она была единственной женщиной среди художников, участвовавших в выставке прерафаэлитов в Рассел-Плейс в 1857 году.

Эффи Грей — «Эффи Грей», муза Джона Эверетта Милле

Эффи было 19 лет, когда она вышла замуж за Джона Рёскина. Их семьи были знакомы и поощряли этот союз. Только после свадьбы стало понятно, что эти двое были совсем разными. Общительной и кокетливой Эффи бывало неуютно в обществе довольно деспотичного мужа, который любил уединение. Более того, спустя 5 лет их брак так и не был консумирован. Рёскин объяснял это разными причинами: он то хотел сохранить ее красоту, то внушал, что не желает заводить детей, то прикрывался религиозными мотивами. Но позднее он признался, что жена просто внушала ему отвращение. Это он подтвердил и на суде, когда их брак был аннулирован.

Еще будучи замужем, Эффи позировала для картины Джона Эверетта Милле «Приказ об освобождении». Позднее художник сопровождал их с мужем в поездке в Шотландию, так как собирался написать портрет Рёскина. Милле и Эффи за это время сблизились и полюбили друг друга. Вернувшись в Лондон, девушка решила расторгнуть неудачный брак, не побоявшись публичного скандала. После развода она вышла замуж за Милле, родила от него 8 детей. Семейная жизнь стала для художника настоящим вдохновением, он часто запечатлевал ее эпизоды на своих полотнах.

Ольга де Мейер — «Ольга де Мейер», муза Джона Сарджента

Баронесса Ольга де Мейер была светской львицей, покровительницей искусств, писательницей, чемпионкой Европы по фехтованию среди женщин и, по слухам, незаконнорожденной дочерью короля Соединенного Королевства Эдуарда VII. Умело сочетая в себе очарование ребенка и шарм, эта высокая стройная дама стала музой для таких художников, как Жак-Эмиль Бланш, Джеймс Эббот Макнил Уистлер, Джованни Больдини и Джон Сингер Сарджент. Многие из них было всерьез ею увлечены. Сама же Ольга выбрала себе в мужья сначала аристократа Марино Бранкаччо, а затем признанного фотографа Адольфа де Мейера.

Луиза Казати — «Маркиза Казати», муза Огастеса Эдвина Джона

Скандально известная итальянская аристократка и эксцентричная красавица родилась в Милане в семье преуспевающего владельца текстильной фабрики, получившего титул графа. Ей было всего 15 лет, когда они с сестрой потеряли обоих родителей и вместе с тем стали богатейшими женщинами Италии.

Казати восхищала европейское общество и была его звездой почти 3 десятилетия. О ее приемах слагали легенды. Она носила змей в качестве украшений, выгуливала гепардов на бриллиантовых поводках.

Девушка была центром избранного круга писателей и художников, поддерживая деятелей искусств. Высокая и худая, с мертвенно-бледным лицом в окружении огненно-рыжих волос, она была очень эффектной. И без того большие глаза Луиза увеличивала с помощью накладных ресниц. Неудивительно, что она производила сильное впечатление и буквально притягивала людей. Ею вдохновлялись и художники, и писатели, и дизайнеры одежды. Фотографии, скульптуры и картины в ее честь могли бы заполнить собой целую галерею.

Эмилия Флёге — «Эмилия Флёге», муза Густава Климта

С талантливым художником Эмилия познакомилась в 17 лет благодаря сестре — та вышла замуж за брата Климта, Эрнста. Он стал частым гостем в их доме, постепенно они сблизились. Эксперты считают, что на одной из самых известных своих картин «Поцелуй» художник запечатлел себя и Эмилию.

Пока Климт рисовал, девушка выучилась на швею, а потом вместе с сестрами открыла салон высокой моды под названием «Сестры Флёге». Она отвечала за дизайн и была одной из первых, кто предложил дамам облачиться в свободные платья без корсета и с широкими рукавами. Эти платья называли реформенными и продвигали в элитарных кругах. Так, в 30 лет Эмилия стала владельцем успешного бизнеса. Этому способствовало и знакомство с Климтом — он рисовал дам из высшего венского общества и знакомил с ними Флёге.

Эмилия и Густав не были обычной парой: они не оформляли отношения, не заводили детей, встречались с другими людьми — в общем, были независимыми партнерами. Но именно ей он завещал половину своего наследства, а общество после его смерти считало ее официальной вдовой.

Дора Маар — «Портрет Доры Маар», муза Пабло Пикассо

Хотя Дора Маар, настоящее имя которой Генриетта Теодора Маркович, в основном известна как одна из женщин Пикассо, она и сама внесла значительный вклад в искусство как фотограф и художник. Она продолжала творить на протяжении всей своей жизни, оставив после себя значительную коллекцию работ.

В Париже Дора сначала училась у художника Андре Лота, потом занялась фотографией. В своих работах, в том числе коммерческих, она не боялась экспериментировать, создавая подчас сюрреалистические снимки. Близкий друг Доры поэт Поль Элюар решил познакомить ее с Пикассо, который в то время переживал личный кризис и нуждался в творческом вдохновении. И он нашел его в Доре. Муза и художник стали парой, хотя на тот момент он все еще был в браке с Ольгой Хохловой, а его юная возлюбленная Мария-Тереза Вальтер ждала от него ребенка. И хотя их отношения всегда были непростыми, считается, что именно благодаря им она возродилась как художник.

Амели Матисс — «Дама в шляпе», муза Анри Матисса

Амели не раз становилась моделью для картин Матисса. Одна из самых знаменитых работ с ней — «Женщина в шляпе», которая была выставлена на Осеннем салоне и стала предметом споров.

Амели и Анри познакомились на свадьбе, куда оба были приглашены: Матисс сидел рядом с ней на последовавшем шумном банкете. Между ними завязался роман, и через год они и сами поженились. Девушка понимала, что всегда будет для мужа на втором месте после живописи, и несмотря ни на что сильно его любила.

Первые годы они были жили очень бедно, но Амели старалась сделать так, чтобы у мужа были все необходимые инструменты. Она всячески пыталась ему помогать: давала советы по цветовым сочетаниям, искала покупателей для его работ и составляла для них заказы. Но художник стремился к независимости. Их отношения ухудшились, когда он нашел себе арт-дилера, но все стало еще хуже, когда у Анри появилась помощница — Лидия Делекторская. Мадам Матисс чувствовала, что Лидия стала для ее мужа чем-то большим, чем просто моделью. Она заставила его выбирать между ними. И хотя Матисс выбрал жену, вскоре они все равно расстались.

Дороти Дин — «Последние часы Геро», муза Фредерика Лейтона

Дороти Дин, чье настоящее имя Ада Элис Пуллен, рано осталась без родителей и была вынуждена обеспечивать 3 младших сестер. К счастью, она познакомилась с английским художником Фредериком Лейтоном, который был очарован ее красотой. Она стала для него любимой музой и моделью и появилась на многих его поздних полотнах.

Лейтон дал ей образование, познакомил с модным обществом, помог исполнить ее мечту: она стала актрисой театра. Несмотря на яркую внешность и талант, на актерском поприще она добилась немногого — ей в основном доставались второстепенные роли. Но благодаря картинам Лейтона она стала узнаваемой фигурой в мире викторианского искусства. Считалось, что у нее была классическая фигура и безупречный цвет лица, и ее охотно звали позировать и другие художники. Дороти появилась, например, на картинах Луизы Старр Канциани, Джорджа Фредерика Уоттса, Джона Эверетта Милле.

Эллен Андре — «La Prune», муза Эдуарда Мане

Об Эллен Андре известно не так уж много. Свой путь к славе девушка начинала как актриса театра. Она проработала в нем несколько десятилетий, пока не познакомилась с художниками и не стала натурщицей. Именно это сделало ее по-настоящему успешной. Она позировала для картин выдающихся импрессионистов: Эдуарда Мане, Эдгара Дега, Пьера Огюста Ренуара.

Викторина Мёран — «Портрет Викторины Мёран», муза Эдуарда Мане

Викторина Мёран родилась в семье гравера. Она умела играть на гитаре и скрипке, давала уроки музыки и выступала в кафешантанах. Однажды Эдуард Мане увидел ее на улице с гитарой в руках. Она так ему понравилась, что он сразу попросил ее стать его моделью. Считается, что она была его любимой натурщицей.

Через какое-то время Викторина и сама начала посещать уроки живописи и рисовать. С Мане они разошлись, так как девушку тянуло к академическому стилю живописи, против которого он яростно выступал. Викторина несколько раз выставляла свои работы, была принята в Общество французских художников. До конца дней она называла себя художницей.

Бонус: согласно одной из версий, на картине Ивана Крамского «Неизвестная» была изображена княгиня Юрьевская (Екатерина Долгорукова)

Картина Ивана Крамского «Неизвестная» считается наиболее значимой его работой и имеет репутацию загадки. Никто не знает, кто на ней изображен, а сам художник ни разу ни в разговоре, ни в письме не упоминал о личности этой таинственной женщины. Единственное, что он сказал однажды: «В этой женщине целая эпоха». Со временем картина стала символом изысканности, красоты и духовности.

Существует несколько версий того, кто же смотрит на нас с полотна. Искусствовед Ирина Чижова, например, считает, что на ней изображена княгиня Долгорукова, морганатическая жена императора Александра II. Но эта теория не была подтверждена и до сих пор остается лишь догадкой.

Наверняка среди наших читателей есть те, кому тоже доводилось позировать для картины. Расскажите нам, удалось ли художнику оправдать ваши ожидания, и, конечно, покажите, что у него получилось.

Поделиться этой статьёй