AdMe

8 классических произведений, которые читатели поняли неправильно

Кто не помнит уроки литературы в школе, когда мы писали сочинения, а в них обязательно должны были объяснить, что же хотел сказать автор той или иной книги? Но порой писатель имел в виду вовсе не то, что лежало на поверхности и что увидели критики. Иногда в произведении скрывался подтекст, незаметный сразу.

Реклама

Мы в AdMe.ru составили список книг, настоящий смысл которых увидели не все.

1. Мигель де Сервантес. Хитроумный идальго Дон Кихот Ламанчский

Сервантес никогда не скрывал того, что написал свою историю о Дон Кихоте как пародию на рыцарский роман. К началу XVII века такой роман стал очень популярным: книги о благородных рыцарях, полные штампов и несостыковок, публика обожала. Дон Кихота читатели считали добродетельным и честным. На самом деле Сервантес хотел показать собирательный образ всех этих наполненных пафосом, неправдоподобных рыцарей. Писатель один за другим высмеивал штампы, показывая своего главного героя чудаковатым и странным человеком, который временами совершает откровенно безумные поступки и очень далек от реальности. Также далек от нее и образ Прекрасной Дамы Дон Кихота, которая на самом деле была обычной грубоватой и неопрятной крестьянкой.

Но читатели восприняли роман как очередной истинно рыцарский, а Дон Кихот стал символом душевной чистоты, наивности, благородства, безрассудной храбрости. Сервантесу не удалось отвадить публику от «напыщенных россказней». Хотя в конце произведения Сервантес пошутил над читателями. Дон Кихот завещал деньги племяннице, но поставил невыполнимое условие: она должна была не принимать предложение о замужестве от человека, который читал рыцарские романы. Только тогда деньги переходили в ее собственность. Сервантес намекал на то, что эти книги читали абсолютно все.

Реклама

2. Рэй Брэдбери. 451 градус по Фаренгейту

Роман-антиутопия был издан в 1953 году и описывал жутковатое общество будущего, в котором книги находятся под запретом. Все найденные книги сжигают. Но существует группа изгоев, которые заучивают тексты, чтобы спасти информацию для будущих поколений.
Конечно, критики и читатели считали, что роман затрагивает проблемы государственной цензуры и притеснения свободомыслия в тоталитарном обществе.

Однако, когда писатель давал интервью, он отмечал, что имел в виду нечто другое. Действительно угрозу книгам, но не со стороны цензуры, а со стороны одурманивающего всех телевидения, которое опасно влияет на личность.

3. Льюис Кэрролл. Алиса в Стране чудес

Не всем известно, что Льюис Кэрролл — это псевдоним священника Чарльза Латуиджа Доджсона. Кроме этого он был еще и профессором математики. Современники удивлялись, что такой неординарный роман написал довольно закрытый и консервативный в своих взглядах человек.

В XIX веке математика стала стремительно меняться, а противоречивая концепция мнимых чисел в то время получила большое признание. Однако Доджсон принадлежал к ученым старой школы, в его время эту науку изучали по давно известным учебникам. И вдруг появились молодые специалисты, которые имели новый взгляд. Консервативный ученый принимал все это в штыки. Поэтому решил, что напишет роман о мире с действующими законами абстрактной математики, просто чтобы показать читателям все ее безумие. Предметы меняют размеры и пропорции, потому что мир сказки основан на новой алгебре с мнимыми числами. А вот Алиса представляла собой ученого-традиционалиста, пытавшегося держать себя в руках и не сойти с ума.

Реклама

4. Ян Флеминг. Шпион, который меня любил

«Меня все больше удивляет, что мои триллеры, рассчитанные на взрослую аудиторию, читали в школах, а молодежь считала Джеймса Бонда героем. Хотя для меня он был не героем, а лишь профессионалом, эффективно справляющимся со своей работой», — так говорил Флеминг о своем персонаже, которому он был обязан бешеной популярностью.

Автор не переоценивал Бонда, считал его скучноватым человеком. И показать свое отношение откровенно решил в романе «Шпион, который меня любил». Он написал книгу от лица женщины, влюбленной в Бонда, вынес на поверхность многие его недостатки. Но читатели не оценили замысла и продолжали и дальше восхищаться героем.

5. Энтони Берджесс. Заводной апельсин

Сатирическая антиутопия Энтони Берджесса, которая принесла ему славу, привела его к разочарованию. По мнению автора, читатели совершенно неправильно восприняли произведение, и он не смог сбить их с этого пути.

«Мы страдаем от желания опорочить известных людей. Книга, которая принесла мне известность или даже только благодаря которой я и известен, — это роман, от которого я готов отречься: состряпанный четверть века назад как баловство и ради денег, он стал исходным материалом для фильма, прославляющего насилие. Фильм подтолкнул читателей книги к неправильному пониманию того, о чем идет речь, и это непонимание будет преследовать меня, пока я не умру», — сокрушался автор.

Реклама

6. Питер Бенчли. Челюсти

Когда Бенчли задумывал свой роман, он опирался на информацию о том, как рыбаки ловили больших белых акул, а также на истории о нападении акул (правда, они были очень немногочисленными).

Книга «Челюсти» стала очень популярной, а еще больше внимания привлек одноименный фильм. Уже позже писатель почувствовал ответственность за то, как его произведение повлияло на людей. Очень многие стали панически бояться акул. А сам Бенчли начал прицельно изучать поведение этих животных и понял, что во многом ошибался и зря так уж их демонизировал.

«С учетом знаний, собранных об акулах за последние 25 лет, я бы, возможно, не смог написать „Челюсти“ сегодня... По доброй воле — никогда. Тогда было принято считать, что большие белые акулы — антропофаги и нападают на людей по выбору. Сейчас мы знаем, что почти каждая атака на человека — это случайность. Акулы путают людей со своей обычной добычей», — делился писатель.

Но переубедить читателей он уже не смог.

7. Франц Кафка. Превращение

Одно из самых известных произведений писателя, которое не раз экранизировалось, поначалу было напечатано в журнале и не вызвало никакого интереса у читателей. Трагедия одиночества, драма человека перед лицом беспощадной и бессмысленной судьбы, паразитизм окружающих — всего этого никто не рассмотрел. Кафка не стал печататься дальше, а перед смертью завещал другу сжечь свои рукописи. К счастью, просьба не была выполнена. Кафка стал знаменитым, его произведение оказалось понятным многим, но он никогда об этом не узнал.

8. Джером Дэвид Сэлинджер. Над пропастью во ржи

Роман о мятущемся подростке был слишком смелым для 50-х. Грубая лексика, рассуждения об интимных сторонах жизни сразу обратили на себя внимание цензуры, и он был запрещен. Позже «Над пропастью во ржи» называли произведением, которое провоцирует неадекватное поведение и бунт. И только через несколько десятилетий его стали воспринимать как психологическую книгу о проблемах подростков, их борьбе с собой и попытках приноровиться к окружающему миру.

А как вы воспринимали эти романы? Замечали в них аллегории, которые не видны на первый взгляд?

Реклама