AdMe
НовоеПопулярное
Творчество
Свобода
Жизнь

Писатель с юмором рассказал о том, как вопросы сына зародили в нем нотки супружеской ревности

Детская фантазия может быть бурной, как вода в океане. И порой ее волнами может накрыть даже взрослых. Именно об этом и пойдет речь в реальной истории писателя Олега Батлука, автора романа «Мемуары младенца».

Коллектив AdMe.ru обожает следить за играми разума маленьких сорванцов и поэтому публикует для вас рассказ Олега, которого собственный маленький сын заставил немного понервничать.

Однажды мы с Артемом смотрели по телевизору старый советский сериал «Следствие ведут знатоки», и Артем заснул (можно понять, по темпоритму несовременно, не «Фиксики»).

Родитель! Бди, подо что спит твой ребенок. Плакат А4 с таким объявлением я бы размещал при входе в каждый дом с маленькими детьми. Ведь жесткие диски у малышей во время сна работают на запись. А встроенные микрофоны у них даже чувствительнее, чем у колонки.

Артем поспал полчасика, с финальными титрами вскочил и принялся расхаживать взад-вперед по гостиной.

— Интересно, а где наша мама... — спросил он, разговаривая сам с собой (единственным конгениальным собеседником, по его мнению).

— О! — добавил сын, подняв вверх пальчик. — Наверное, она ушла в магазин.

А жена действительно ненадолго выбежала в магазин по соседству, «за молочком», как она выразилась.

— Да... — продолжал Артем, — в магазин, наверное. Но что-то ее долго нет...

Сын в задумчивости зашагал передо мной по комнате.

Внутри меня что-то зашевелилось. Что-то нехорошее, скользкое, змееподобное.

— Наверное, пять часов нет, — подлил масло в огонь Артем.

У него сейчас два любимых слова: «наверное» и «пять». Он их использует во всевозможных, порой самых немыслимых конфигурациях. И считает мой будущий Эйнштейн тоже весьма своеобразно: «один, два, пять», — то есть стремится как можно быстрее добраться до любимой цифры.

Жена, конечно, отсутствовала гораздо меньше пяти часов. Но точно более получаса, которых ей за глаза бы хватило, чтобы добраться до магазина, подвиснуть там, перезагрузиться и благополучно вернуться к людям обратно.

Живописные сцены тайного свидания с любовником за гаражами при минус пятнадцати (была зима) оккупировали мой кинематографический мозг.

— Ого! — раздался голос Артема из коридора. — Мама свою сумку не взяла. Почему-то.

Я подпрыгнул с дивана и выбежал в коридор. Сумка жены лежала на тумбочке.

«Почему-то» — это еще одно любимое словечко Артема. Его он лепит особенно не к месту. Но не в этот раз. В этот раз — очень даже к месту. Его мама действительно не взяла с собой в магазин сумочку, в которой она обычно носит кошелек. Почему-то.

Мы с Артемом стояли посреди коридора в глубокой задумчивости. Каждый думал о своем, наверное, почему-то.

В этот момент входная дверь распахнулась, и на пороге образовалась жена. В одной руке она держала пакет молока, в другой — кошелек. Цветов от любовника не было, если не предполагать наличие у жены третьей руки.

— Проходите, наверное... — с хитрым прищуром произнес укороченный майор Знаменский в колготках с пузырями.

Жена инстинктивно сделала шаг назад.

А что сегодня отчебучил ваш малыш?