Хихила-хахала

16 апреля 2009

В первый день выставки «Дизайн и Реклама» мы посетили ряд экспозиций, заявленых в программе как «спецпроекты». Все — как в кризисной России: если громадные, то нефтяники, если невидные, то «социалка», если оригинальные или шибко дружные, то иностранцы, а если нахальные и в первый раз, значит, наши.

Дизайн-студия «Ё-программа» работает с крупными китами бизнеса, среди которых «Славнефть» — мелкая сошка. Может быть, поэтому агентство арендовало целый коридор, заполонило его громадной развеселой бычачьей графикой (не абы «КАК», а уверенной и мастерской руки) и махануло на всю стену слоганом «Надо пахать!». Получился лейтмотив всей выставки, учитывая, что здесь и там к парнокопытным присоединялись то дубы, то бурлаки, то блуждающие пионерки, то какой-то подозрительный кубинский самолет (надо думать с Че Геварой внутри), а то и просто буква «Е» (emotion, мол).

Бычья тема, подсказанная постоянным клиентом (каждый год им делают календари, умаялись придумывать), может показаться простым продолжением брутальной традиции Ё-креатива для отраслевых и региональных «братков» — («Роман сказал — Роман сделал» для Чукотки, «Шкура металлурга» для челябинского трубопрокатного завода). Однако при ближайшем рассмотрении все оказывается гораздо остроумнее. Кроме минотавра, «пашущего» лабиринт в поисках человечинки, в качестве быка-заводилы выступает то автомобиль Ламборджини, то бульдог. В конце концов, с бычком с нью-йоркской биржи расправляется наш национальный бык — медведь.

Другой занятный проект — art to B— to Be Art, посвященный 15-летию работы в России французской художницы и дизайнера Мюриель Руссо, основательницы коммуникационного агентства Liew Commun (в переводе с французского — «общее место»). Художница сама дежурит на стенде и с удовольствием рассказывает об экспозиции выставки, которая демонстрировалась в музее Декоративного и прикладного искусства.

Собственно, цель ее коммуникации (от маркетинга до фирменного стиля или сценографии событий) — посильная борьба с тупой, однообразной рекламой и столь же тупым брендингом. В России ей, понятное дело, тяжеловато. «Вы, русские столько лет жили без рынка, и, конечно, теперь очень привязаны к торговым маркам. Это для вас гарант качества, стабильности, — соглашается Мюриель. — Но признайтесь, что сегодня уже нечего рекламировать и нечего регистрировать. Общепринятые названия и стандартная реклама исчерпали себя, а люди были и остаются непохожими друг на друга». Буквально из подручных средств — продуктов, вещей, хобби и даже собственного ломаного русского Мюриель создает какую-то легкую и изящную атмосферу, от которой за версту пахнет Парижем. Чего стоят, например, почти абстрактные фотографии продуктовых развалов «Ашана», заставляющие начисто забыть обо всех «Рябах» и «Балтиморах», но задающие какой-то волшебный ритм потребления — переработки разноцветной товарной массы. И этот ритм говорит о гипермаркете куда больше и выразительнее банального рекламного «натюрморта». Или простые сценки из жизни кафе «Жан-Жак», снятые сквозь линзу бокала. Или перенесенные на фарфор любительские упражнения в рисовании обнаженной натуры.

Но самое, пожалуй, интересное — словечки Мюриель. За 15 лет она успела придумать свой русский, не уступающий синтетическим опусам Людмилы Петрушевской. «Слон на Грише», «костюм три куска», «тетя-красота», «хихила-хахала», «разбудильник» и «сплюня» — вот куда с легкой руки Мюриель движется теперь отечественный нейминг. А сама она была и остается одной из чудачек Эдуарда Мане.

Проект «Реклама дизайна» подходит к вопросу коммуникации и среды с другой — материальной, промышленной стороны. Выставка продвигает группу российских дизайнеров — Протея, Темена, Дмитрия Кавко, Анну Наумову, Эрика Белоусова, Игоря Гуровича, Стаса Жицкого и Сергея Кужавского, Михаила Лейкина и Марию Сумнину, Ярослава Рассадина и Александра Ляпунова.

Каждая вещь здесь, как и полагается, «со сдвигом фаз», но, безусловно, не в духе великих Цеслера и Войченко, приводивших к абсурдному знаменателю само предназначение и потребление вещей. Поэтому мозг вам не вынесут, а развлечь — развлекут и быт украсят.

Приносящий деньги Мишка Маус, запаянный в кольцо и утопленный в банке с водой антикризисный бриллиант— это, пожалуй, самое конъюнктурное.

Православный абажур и марсианская матрешка — самое политкорректное.

Чашка-пепельница и лампа-масленка — самое практичное.

Стул-чемодан и маска гамбургера — самое статусное.

Что ж, начало для традиции выставок промодизайна на ДРе положено, и это уже - большой плюс.

И, наконец, экспозиция дизайнерских опусов чешских студентов, хороша не столько работами (здесь торжествует комфорт и изящество, а не идея), сколько самим фактом мероприятия — единственного, как утверждает пресс-релиз, в Европе, а, может быть, и мире, конкурса для учащейся молодежи. До 2008 года он финансировался чешским правительством, а когда грянул кризис, упавшее знамя подхватили энтузиасты дела. Новообразованный Design Cabinet CZ вместе с Объединением профессиональных дизайнеров Чешской республики, Ассоциацией средних и высших учебных заведений с обучением художественным специальностям и прикладному искусству и общественной организацией CZECHDESIGN.CZ объявил студенческий конкурс в 2008 году. Несмотря на ноль финансов. Остается добавить: нам бы так.