Многие зовут его просто «Антонио». Он родился в Москве, в 1974г. «в счастливое советское время, в счастливой советской семье».Переходный возраст личности совпал с переходным периодом страны. Так советский человек попал в российскую IT-индустрию.В Actis – в 1999г, в дизайн – в 2001.Алексей Антонов, креативный продюсер Actis.

— Алексей, Ваш приход в Actis совпал с знаменательнейшим событием – попаданием российской работы в шорт-лист Каннских Львов. Вы еще помните «ту» победу?

— Конечно. Могу сказать, что из всех наших наград, именно она – самая дорогая, самая запомнившаяся. Помню, мы тогда получили почти «идеальный» заказ – практически полная свобода действий; мы делали флэшовый промо-сайт для Айрн-брю.

Стол почета.

— А что изменилось с тех далеких пор?

— Изменилось многое. В те годы все было проще: бизнес только начинался; компаний, производящих сайты, было мало; мы с заказчиками были «одного возраста» и взаимоотношения были более домашними. Зато уровень современных заказчиков вырос настолько, что, подчас, по ТЗ, которые теперь приносят, можно практически сразу начинать работать. Подход стал более профессиональным, западным. Также бизнес — это теперь не только сайты, но и гораздо более сложные проекты. Хотя и сейчас приходят клиенты, которым не нужно наших идей, но зато есть желание рисовать, то что им хочется нашими руками. Мы и такие заказы берем, просто предупреждаем, что снимем свой логотип с этого проекта.

— А это весомый аргумент?

— Некоторые возмущаются. Они же заказали работу у Actis, потратили деньги в том числе и наш бренд,  и это должно быть отражено соотвествующим образом. Но бывает так, что мы делаем сайт , передаем его клиенту, и скоро его уже невозможно узнать: меняются шрифты, появляются какие-то кнопочки, ужасные баннеры, сводки погоды…

— Жалко работу?

— Конечно. Жалко и «улучшенные» работы, и тех редких ушедших клиентов; правда, не всех. Мне лично очень нравилось работать с Toyota.  Сайт, сделанный Actis – на мой взгляд, наиболее интересный из всех их европейских Интернет-представительств. Главное, о чем мы думали, создавая сайт для Toyota – передать настроение марки, чтобы посетитель с первых секунд проникся чувством, которое возникает, за рулем новой тогда Corolla.  Работа была принята, клиент был доволен результатом, сайт выиграл много наград и в москве и за рубежом. но через какое-то время клиент увел этот проект на поддержку в другую компанию. Сейчас на сайте появились необратимые изменения.

Этот Японский каталог пригласил Actis поучаствовать в проекте. Actis прислал 15 работ. Взяли все.

— Конфликт финансов и идей в некотором роде. В вашей жизни тоже были периоды «финансов» и «идей», ведь Вы начинали как коммерческий директор, а теперь занимаетесь творчеством. Почему?

— Просто, наконец, занялся тем, что мне по душе. Хотя назвать это творчеством тоже трудно. Когда провожу собеседование с дизайнерами, я их сразу предупреждаю: тут не творчеством занимаются, а просто работают. Прежде всего, мы выполняем поставленное клиентом задание, стараясь  каждый раз реализовать что-то новое.  

— В этих «заданиях» есть какая-то тенденция? Какие работы заказывают чаще?

— Трудно сказать, все зависит от конкретного заказа. Сейчас наблюдается бум «переделок». Ресурсы, созданные 3—4 года назад уже устарели, и часто не соответствуют ни текущему положению вещей в компаниях, ни их бизнес-задачам. Поэтому многие сейчас переделывают старые сайты. Вот и мы новую версию своего сайта представим в сентябре. Но это так, к слову.

Из отраслей вообще я бы выделил строительную: много заказов именно от девелоперов. какже банки, продукты питания и тяжелая индустрия. Вообще, когда в стране есть деньги – это сразу чувствуется. Сервисные компании, вроде нашей, начинают получать все больше заказов.

— А «странные» заказы приходили?

— Однажды мы делали сайт для продавцов коллекционных автомобилей. Я не очень представляю, кому в Интернете рассказывать о товарах, цена которых  300.000 долларов. Для журналистов, может, и полезно. Покупатель такого автомобиля вряд ли воспользуется интернет-сайтом, скорее его референты будут подыскивать ему информацию. Хотя в этой стране много странного, поэтому ничего удивительного в этом заказе, наверное, нет.

— Вы считаете, Ваши услуги оплачиваются соответственно?

— Нет. Мы не самая дорогая студия, хотя и дешевыми нас не назовешь. Думаю, серьезный разговор можно начинать от 10.000 долларов, но все зависит от объема работы. Просто в нашей стране сложилась практика, что все переделки – уже бесплатно. После утверждения концепта нас еще раз 20 могут попросить что-то подвинуть, добавить и убрать – и все это не оплачивается; это неправильно.

— Вы участвуете в тендерах?

— Да. В тендерах приятно участвовать в компании равных. Соревноваться со «студенческими» ценами бесполезно, ряд компаний так демпенгует, что никакая суперкреативная идея не выдержит такой конкуренции. А вот выиграть, или проиграть хорошей студии в равной борьбе – нормальный рабочий процесс.

— А идеи у Вас не воровали?

— Воровали. Ругался. Потом перестал обращать внимание.

Яблоки. Атака клонов.

— А бывало, что Вам нравились чужие работы?

— Знаете, я тут посмотрел победителей последних  Cyber Lions:  технологическая реализация настолько продвинулась вперед, что мы пока можем только думать о таких проектах. Я имею ввиду сайты с использованием видео.

— А каким Вы видите будущее своей отрасли? Каковы его тенденции?

— Мне бы хотелось двигаться в сторону проектов с минимальным графическим  дизайном и сложным интерфейсом, чтобы было интересно и удобно в них ориентироваться. Мы делали проект, очень близкий к этому описанию – диски для мультинациональной табачной компании, по сути это глянцевые журналы в цифровом формате.

А вообще говорить о будущих технологиях в нашей стране трудно: далеко не везде вообще есть сеть, не говоря уже о высокоскоростных выделенных линиях. Мы же не можем все время ориентироваться на офисы в 2—3 крупных городах! Поэтому, как бы нам не нравились видео сайты в Каннах, здесь их делать пока не для кого. Но все же надеюсь, что вскоре появится клиент с желанием сделать себе именно видеосайт, и мы с удовольствием ему в этом поможем.

— Но все-таки Вы продолжаете работать.

— Конечно. В этом году на ММФР мы планируем выставить целую пачку работ, практически во всех «наших» номинациях. Вообще для меня ММФР – как индикатор: можно оценить уровень наших идей.

— Вы всегда выставляли свои работы?

— Почти, кроме одного года, когда я был в жюри.  Председателем жюри был Андрей Себрант, генеральный продюсер, тогда директор по стратегии и PR Lycos.

Само судейство мне тогда показалось очень справедливым, во многом благодаря Себранту. Но общий уровень работ того года был довольно низким. Очень много работ было подано не в те категории. Например, промо-сайт оказывался вовсе не промо-сайтом, информационный проект вообще являлся какой-то ерундой… Что удивительно: многие хорошие работы, созданные в том году, на фестиваль вообще не попали.

Источник: Aлександра Полюшкова